Записки девочки-студентки

Время от времени стоит подводить итоги. Каким был этот месяц, а может и год? Какими стали взаимотношения с людьми: ты кого-то оставил позади или у тебя появились единомышленники рядом?

Все дело в развитии: люди, не готовые расти, остаются за спиной или же кто-то убегает далеко вперед, а у тебя уже одышка и ты вынужден притормозить. Все это ни хорошо и ни плохо. Это норма. Это жизнь. Мудрецы советуют не оглядываться и строить планы на будущее, храня в памяти опыт ошибок. Но бежать без оглядки ведь тоже неправильно, наверно? Одна мудрая женщина сказала мне следующую ёмкую и содержательную фразу: "Если вы не знаете куда идете, то, вероятно, очень удивитесь, когда придете не туда". Помимо места назначения, я думаю, важно знать еще и смысл пути. 

Прошло уже два года с того памятного дня, когда я впервые вошла в стены медицинского вуза как студентка. Будет откровенной ложью сказать, что я ни разу с того момента не думала о правильности своего выбора, но точно могу сказать одно - я не пожалела. Если в двух словах о всей концепции образования, которое я получаю, то могу, положа руку на сердце, сказать: Да, это чертовски непросто. Я помню день посвящения с его жизне- и душеспасительным пафосом врачебного искусства, помню первую пару по анатомии, помню свой шок и недоумение - как я смогу все это запомнить?? - и незабываемый аромат формалина. Помню первую закрытую сессию и первую студенческую пьянку по сему счастливому поводу. А дальше: вторая, третья сессия, и понеслось - будни за буднями, пары за парами. И эта круговерть из белых халатов, сменных больничных тапок, нехватки времени, огромных объемов информации и волшебной эйфории от сданного коллоквиума. Второй курс я уже прожила как адекватная студентка без "синдрома отличницы" с проблемами больше отработки по дисциплине, приобрела неоценимый опыт по вызубреванию годичного материала за две недели и закрытии сессии без ущерба для самооценки. Вообще, учиться у нас весело, и это, поверьте мне на слово, мягко говоря. В самом коллективе особая "медицинская" атмосфера, а что бы я делала без девушек, с которыми - Аллелуйа! - свела меня учеба, я даже боюсь вообразить. 

Они замечательные, и каждая станет прекрасным специалистом, даже если не станет врачом. Ведь если говорить от чистого сердца: никто здесь не обязан сверкать потенциалом и быть первым эскулапом в стране, нам бы только оставаться достойными людьми. И не надо "сгорая сам, светить другим", ведь с любимым делом - это как, если такое сравнение уместно, с любимым человеком: когда, вопреки всем законам физики, ты отдаешь, а у тебя прибывает. Прибывает энтузиазм, уверенность, воля.
Прибывает вера, надежда, любовь. 

И третий год моего путешествия в познании профессии длиной, я надеюсь, в целую жизнь, не обманет моих ожиданий и вдохновит на покорение новых, не изведанных прежде, горизонтов. 

Впервые о Главном

Я никогда прежде не затрагивала эту тему, хотя думала о ней довольно давно. На одной из сомнительных университетских дисциплин, носящей наименование «биоэтика», мы не раз разбирали проблему эвтаназии. Конечно, сыпались уверенные голоса в поддержку и в протест этой разновидности так называемого милосердия, но я тогда не могла сказать, что я думаю по этому поводу. Может, я была не готова шаблонно заявить, что это ужасно и противно естественному течению вещей или картинно закатить глаза – мол, естественный отбор и все в этом духе, так давайте же поможем эволюции.

Сейчас пишу это, и мне откровенно не по себе. Ни одна из этих точек зрения не является моей в полной мере. Это достаточно сложно объяснить, но мне кажется, я точно представляю себе, что я чувствую при слове «эвтаназия». Я просто напишу, что я думаю об этом.

Мы – люди, по смелому заявлению одного из представителей человечества мы, помимо всего прочего, еще и «венец природы». Многие из нас живут обыденной жизнью, строят карьеру мечты,  влюбляются, рожают детей, скандалят, веселятся в компании друзей, смотрят футбол на стадионе, разводятся, берут еду на вынос, разбрасывают по квартире носки и забывают выключить утюг. Все это привычно, банально и так нормально, так естественно, что никто из нас не задумывается о самом Главном. А это может произойти, по моему мнению, в двух случаях: а) страшное случилось лично с вами, б) страшное случилось с вашим близким.

Главное – это наше непонимание, что все, что у нас есть в этой Вселенной, не определяется шикарной спутницей на вечер, квартирой в центре мегаполиса, большим бизнесом и тачкой под стать привилегированной особе. Люди не ценят простых естественных вещей. Дело ведь не в смерти или страхе смерти, дело в неполноценности жизни. Вы счастливы от того, что у вас есть глаза и зрение, чтобы каждый новый день видеть небо над головой, лица дорогих людей и цвет зелени по весне? Вы чувствуете радость каждый раз, когда делаете привычный шаг по земле или когда бежите, догоняя автобус или участвуя в марафоне? Вы ощущаете себя удачливым человеком, когда вдыхаете воздух полной грудью? А ведь есть люди, которые лишены возможности даже самостоятельно справить нужду, написать пару строк или почистить зубы утром. И все ваши проблемы: разбитый гаджет, любовная лихорадка, трудности на работе, семейная размолвка – это все белый шум, пустота, прах по сравнению с Главным. И учатся это осознавать только в процессе несчастий. Жизнь крайне несправедлива и одновременно с этим щедра. Надо лишь понять, что по-настоящему не имеет цены, что никак не приобретешь заново, не восстановишь, не склеишь, не вернешь.

И знаете что, я против эвтаназии. Это мое ощущение, это чуждо мне. Но я за то, чтобы у человека был выбор. И если он изъявляет подобное желание, находясь в сознательном состоянии, я считаю, он вправе распорядиться своей жизнью по его усмотрению. Иногда в процессе принудительного познания Главного, жизнь обходится с прекрасными талантливыми людьми жестоко, отнимая у них контроль над их судьбами, и тогда слово «эвтаназия» представляется попыткой сделать свой выбор, не оглядываясь на обстоятельства.

Любите жизнь, прошу вас. Она у нас одна, и мы никогда не знаем, чего ожидать от завтрашнего дня. 

Секундная взаимность

Мы все закрытые люди, не ждущие и не желающие ничего от посторонних, окружающих нас, людей. Непроницаемое выражение лица, видение исключительно своего маршрута и попутное расталкивание/хождение по ногам/недовольное фырканье в режиме «on» - каждое утро в городе, в общественном транспорте – более насыщенная картина. Иногда кажется, что входя в подземку люди преображаются: забывают о нормах поведения, воспитания, понятии уважения. Когда дружной гурьбой надо вломиться в вагон – какое уж там личное пространство? Когда неприятно пихнули локтем в живот в попытке развернуться – как же можно промолчать? А если на ровном месте столкнулся с широкой улыбкой, подаренной незнакомцем – быстро отведи взгляд и подави желание дотронуться указательным пальцем собственного виска.

Я тоже никогда не понимала людей с выражением счастливого дельфина на лице в метро – кому они улыбаются? зачем они улыбаются мне? Но со временем я поняла, насколько это, прошу прощения, по-другому никак не скажешь, кайфово заставить незнакомого человека улыбнуться в ответ. Я заглядывала в глаза и не думала, что они чувствуют во время этой удивительной встречи. Это случайность, мы больше никогда не встретимся взглядами.

Благодаря чему возможна секундная взаимность? Когда один улыбается в ответ, искренне и открыто, чтобы исчезнуть через несколько минут, а другой с безразличным выражением лица и поджатыми губами отворачивается в сторону. Я не часто «улыбаю» людей, но когда улыбаются мне – на лестнице, например, и я точно знаю, что вероятность очередной встречи с этим человеком стремится к нулю – я растягиваю губы в ответной улыбке. Ведь дарить положительные эмоции гораздо приятнее и в некотором смысле даже полезнее, чем цокать, сжимать губы в тонкую линию или закатывать в глаза. Будем добрее, помня о нормах поведения, воспитания и понятии уважения. 

Жемчужный туман

***

Эльза сидит в шифоновом платье без пояса, на ее плечах вязаный кардиган, в ушах тяжелые бабушкины серьги. Она  опускает пальцы в медовый бальзам и механически касается губ. Этой ночью ей снятся холмы, горы, пики, которые она полюбит издалека, и никогда не будет скучать. Эльза смахнет со лба непослушный локон, пахнущий холодным воздухом, перцем и имбирным вареньем. Посмотрит за окно в большой белой раме. Коснувшись заусенца на деревянной поверхности, посадит занозу, решительно и бесповоротно. Она поднесет палец ко рту, прикусит тонкую кожу. Сердце под черной тканью забьется быстрее. Эльза вспомнит вазу с цветами Курбе, где она наизусть знает каждый лепесток. Солнечные блики играют на полу, куда ее зовет выкладка полароидных фотографий, выложенных в хронологическом порядке, на большинстве из них – грустные коралловые розы и улыбающиеся маки. Она знает, что тянутся руки не к стеклу окна, а к небу. Чувствует, что туман вдалеке не туман вовсе, а дыхание грез в сферах из капель воды и кристаллов льда. Задумается вдруг: можно ли провести жизнь в ванне с теплой водой? Покачает головой и, взяв с полки Пруста, устроится на софе. Эльза уже утомилась за день, долгий день,  да туман мешает заснуть. Он ей шепчет по-чешски: «Ты такая красивая». Но она знает - это сон подступает, ласково расчесывая ей волосы, поощряя локоны невидимыми лилиями. И строки Пруста разорвутся, как нитка жемчужного ожерелья, и фразы скатятся крупными бусинами по груди, юбке, прямо на пол, отскакивая от фотографий словами, буквами. В миг перехода от реальности к сновидению Эльза почувствует, будто окружена бликами своей любви и запястья зацелованы прохладными губами. Опять кто-то едва слышно шепнет на чешском.

Рассказать

Ах, как же в душном зале, полном чужих мне и молчаливых лиц мне хотелось... 

Рассказать, как площадь наполняется людьми, а потом спускаются сумерки, и она пустеет, загораются фонари, публика меняется, все меняется. Солнце неспешно тонет в ласковых волнах перистых облаков, прячась за горизонт. Как в одном из прекраснейших и спокойных мест на свете день подходит к концу, пуская столь похожие на стрелы греческого божка Амура последние солнечные лучики, признаваясь в любви этому краю. Как воздух вдруг становится невесомым, веет прохладой, и кажется, будто даже дышать теперь можно легче и свободнее. Как город загорается всем своим великолепием ночной жизни, как к утру тлеет, чтобы не сгореть дотла, а возродиться следующей ночью. Как приятно провожать сутки в последний и вольный полет, смотреть как он горделиво расправляет огненные крылья исчезает с первыми мгновениями заката. Как мои вечера похожи на этих величественных птиц - фениксов - они покидают мир однажды, чтобы вновь дать начало новой жизни. Светает. 

Я никому ничего не скажу, люди в зале излишне погружены в свои собственные ощущения. Зачем мешать их прóводам этого дня?

Лебединая песня для Ани

***

Легкие, едва ощутимые, ароматы сочного лета, цветущей зелени и розовой туалетной воды заполоняли своим дыханием небольшую веранду городской кофейни. Всюду, куда ни падал взор, можно было увидеть завораживающие бархатом лепестков цветочные гирлянды, которые манили своими красками и слегка покачивались от дуновения ветра. Под потолком разместились, играющие на свете солнца платиновым блеском, стереосистемы – из них лилась ласкающая слух инструментальная музыка, чем-то отдаленно напоминающая ирландские мотивы. Внезапно в гармонию звука, цвета и запаха вмешался терпкий аромат кофе и мягкой сливочной карамели с оттенком лимонника. К небольшому столику в углу веранды, за которым сидели двое молодых людей, подошел официант с готовым заказом. Оба смотрелись столь странно в этом месте, и с еще меньшей вероятностью их можно было бы вообразить парой. Он сидел напротив девушки, чуть облокотившись о стол, рассказывая что-то своей спутнице буквально «на пальцах»: его широкие ладони покоились на деревянной столешнице в открытом жесте. Юноша был высокого роста, одет в светлые брюки и хлопковую рубашку. Рукава были несколько небрежно закатаны, обнажая небольшой участок загорелой кожи предплечья. Темные с пепельным отливом волосы аккуратными завитками спускались к самым вискам, на его голове – он, видимо, забыл их снять, - покоились солнцезащитные очки. В самой его речи и манере держаться было нечто странное: говорил он так, словно представлял очередной законопроект в городскую Думу, смотрел так, будто в заведении отдельную плату брали за созерцание посетителей, а улыбался редко, но открыто и искренне. Девушка же сидела напротив, расслабленно откинувшись на плетеное кресло, и молча смотрела на молодого человека. Она вытягивала шею и время от времени подносила руку к мочке уха, дотрагиваясь до серебряной сережки. Внешне она была если не полной, то частичной противоположностью юноши: тоже высокого роста, одета в жемчужно-белое – словно в насмешку над хлопковой рубашкой – платье, плотно обхватывающее ее стройную фигуру и повторяющее каждый ее изгиб. Лишь от уровня коленей оно расходилось мягкими клиньями, отчего силуэт девушки напоминал перевернутый цветок ночной белой лилии. Тонкую открытую шею украшала серебряная цепочка с крупной подвеской в форме капли. А длинные светлые волосы спускались по плечам едва не до самой талии, отчего ее образ казался сказочным – будто случайно встретил в черте города нереиду. Внимала словам рассказчика она со всем вниманием, на которое способно человеческое существо, а умиротворение, плескавшееся в ее серо-зеленых глазах, казалось, только распаляло ее спутника, и он принимался рассказывать с еще большим жаром – в рамках допустимого для законопроекта, разумеется. И если со стороны казалось, словно эти двое являют собой противоположности или девушке совершенно безынтересны излияния молодого человека, то, вероятно, это еще одно доказательство общеизвестного факта о невозможности оценивания людей по их облику, ведь нет пути более неверного, чтобы понять другого. 

Разве это можно описать словами? Маленькое повседневное чудо, такое мимолетное и вечное, единство для двоих, открывающее врата для чего-то несоизмеримо большего, чем просто двое… Когда все, о чем может мечтать он – это вечно видеть ее такой прекрасной, искренней, счастливой, жадной до знаний, чтобы ничто не заставило померкнуть ее свет, не спугнуло ее доверчивости, не заставило пошатнуться веру  в лучшее. Ему хотелось навсегда заключить эту самостоятельную белокурую девушку в крепкие объятия, стать ее щитом от зла и страданий, не подпускать ничего, что способно ее огорчить, уберечь от печалей и разочарований, чтобы золотистые искорки в ее серо-зеленых глазах и искренняя улыбка никогда не исчезли с прекрасного лица, чтобы ее доброе сердце, открытое для всего мира, никогда не знало боли. И все, чего может желать она – сделать его счастливым, потому что он изменил ее мир, наполнил своим светом и теплом своей души, потому что он, сам того не зная, сумел стать ее разумом, ее решимостью, ее силой и ее любовью.

Споря с ней, он как-то попросил:

- Дай мне свою руку, Ань.

- Зачем?

- И почему вопрос с доверием остается открытым? Просто протяни руку вперед.

Не зная, чего ждать тогда, но и не готовая отступить, она послушно протянула руку, и он аккуратно накрыл ее ладонь своей.

- Когда я держу твою руку в своей, я ощущаю тепло всей ладонью. Как думаешь, ты ощущаешь мое прикосновение большей или меньшей поверхностью, чем я?

Она нахмурилась в недоумении.

- Такой же.

- То есть моя рука соприкасается с твоей настолько же, насколько твоя - с  моей? Я не ощущаю больше от того, что это я дотронулся до тебя, а не наоборот?

- Конечно.

- Тогда почему ты считаешь, что с чувствами должно быть иначе? Когда ты касаешься моего сознания, я чувствую тебя настолько же, насколько ты меня. И все, что влияет на тебя, влияет на меня в равной степени. Потому что я люблю тебя.

Разумеется, люди подчиняются своей изменчивой природе, но иногда в отношениях некоторых отдельных личностей есть нечто,что роднит их с прекрасными лебедями, помимо крылатой души. Они выбирают пару лишь однажды в жизни и, находя верного спутника, обретают и свое место в необъятном мире, свою безусловную принадлежность. 

Новое старое

Одно время думала, будто блог - это необходимость, помогающая делиться мыслями, идеями или волнениями, если таковые имеются. Но сейчас, когда случайно на раскладке браузера всплыла данная ссылка, я даже удивилась. Правда. Мне не нужен блог как личный психоаналитик или просто сторонний слушатель. На самом деле всего этого не существует - виртуальное пространство столь же пусто, сколь мизерно желание его завсегдатаев вернуться в реальность. И я пишу сейчас, видимо, не потому что я хочу засорить этот лист лишними строчками. Вовсе нет. Скорее всего это мое удивление на отсутствие у меня потребности писать сюда ежемесячно, -недельно, - дневно. А ведь говорила, что писать - это моя любовь, это я. Ничего не поменялось, кроме желания поделиться своими рассказами, зарисовками.
Кстати, это настолько удивительно, странно и до сих пор мною не осознанно: каким образом любители визуального ничегонеделания вызывают у общественности больше привязанности, чем старые добрые литераторы? Вы не задумывались? Неужели люди не читают? Или не хотят читать? Конечно, бить по клавишам клавиатуры или тыкать пальцами в гаджет стократ интереснее. Здесь стоит усмехнуться, ведь именно этим я сейчас и занимаюсь.
Возвращаясь к теме случайной находки затерявшейся в просторах интернета этой странички, хочу сказать, что глупо ожидать от себя бурного интереса к этому ресурсу, ведь реальность куда захватывающей, нежели этот белый лист посреди нигде и ничто. Сколько людей по всему миру на подобных страничках изливают душу, делятся - якобы с целым миром - своими переживаниями, радостями и тревогами? Еще один удивительный факт и одновременно ответ на этот вопрос: много. И это не потребность писать как хобби, это диагностируется по господину Вишневскому: "Одиночество в сети".

Первый опыт

На самом деле в жизни мы по-настоящему любим три вещи: спать, есть и ныть. Ныть особенно. И не надо мне сейчас говорить, что вы не такие, трамвай там ждете и все дела. Мне-то можно и поверить, мне, вице-президенту ассоциации вселенских любителей злобного клекота. Конечно, нет ничего более простого, чем разлечься на диване, словно ты морской котик, и завести пластинку «о-боже-как-все-плохо».

Да, это гораздо менее энергозатратно, нежели разрешать какие-то малоприятные ситуации. Ну, неважно все то. Важно другое. Ровно два дня назад, если быть совсем точной, то 29.05.14 на крыльце государственного бюджетного образовательного учреждения города Москвы средней общеобразовательной школы №518 на Садовнической набережной, я стояла едва ли не насквозь мокрая в окружении трех десятков нервных абитуриентов. На улице нещадно лил дождь, а мы не могли зайти в здание достаточно быстро, поскольку каждого на входе обыскивали металлоискателями, вытряхивали  содержимое сумок на свет божий и направляли к добродушным тетенькам с табличками, на которых были написаны номера аудиторий. Короче, границу легче пересечь, чем добраться до своего места в ППЭ. Оставив сумку и зонтик в гардеробной на крючке (зачем вообще ее обыскивали, если нельзя брать ее с собой?), меня проводили в кабинет на третьем этаже. При входе в кабинет стояла женщина, которая, взяв мой паспорт, сверилась со своими списками, поставила галочку и оповестила меня о номере моего места. Заполучив документ, удостоверяющий мою скромную личность, обратно, я очутилась в святая святых. В аудитории было три камеры, и я могла себя наблюдать на протяжении всего экзамена. То, что снимали камеры, выводилось на экран у преподавательского стола.

Дальше началась рутина. За пять минут до часа Х, то есть 10:00, нам со всей торжественностью зачитали инструкцию. К своему стыду во время этих громких чтений я зевала, посему помню только, что мне нельзя пользоваться никакими носителями информации, кроме собственной головы. Как-то так. Затем не менее торжественно нам раздали пакеты с бланками и кимами. Мы заполнили все, что было необходимо, и отсчет пошел.

Здесь должен быть абзац про то, как я мужественно сохраняла спокойствие. В общем-то, это правда. Понятия не имею, что здесь еще можно сказать.

Сам тест я решила за полчаса, потом перепроверила. А потом еще раз для верности. Ознакомилась с текстом, набросала черновик сочинения, переписала в чистовик. Затем еще раз проверила тестовую часть и перечитала свой опус. Попила водички. Сходила в сортир, за семь минут управилась - это, кстати, то время, за которое экзаменуемому необходимо удовлетворить зов природы. Абсурд. Потом я принялась заносить ответы в бланк. Все это мне далось за два часа сорок минут. Спустя десять минут я покинула ППЭ.

ЕГЭ – веселье тотальное и до крыши. 

Кажется, это конец

А вот и наш последний, я не шучу, наш действительно последний в жизни школьный звонок. Не верится даже, что я наконец вырвалась из этой каторги длиною в 11 лет. Хотя нет, остались еще экзамены ЕГЭ, и все. На самом деле я лукавлю, ведь последние два года старшей школы были лучшими, а переход из школы своего района в лицей при медицинском университете - решение, о котором я никогда не пожалею. И именно здесь я встретила людей, связь с которыми, я надеюсь, прервется еще очень не скоро. Не хочется видеть конца дружбы - на это я уже насмотрелась досыта. Ни для кого не секрет, что все когда-нибудь приходит к своему закономерному и логическому завершению. А произносить слова прощания – это одна из самых сложных вещей в жизни. Однако никто не расстается в слезах с евклидовой геометрией или контурными картами. Никто не роняет слез от предстоящей разлуки со схемой распространения радиоволн или таблицей умножения. Мы прощаемся с особой атмосферой, с воспоминаниями. Главное, что конец одного означает обязательный старт чего-то нового. 

Life is... / About Love

Шоколадный латте, друзья, фильмы, прекрасная погода за окном. Это были мои пропавшие из этой реальности выходные. Разговоры о предстоящем лете, мечтательное планирование отдыха, неспешные прогулки и ни слова о экзаменах. Это то, что было мне нужно. Немного времени для друзей, для глупых комедий и смеха. Такое ощущение, будто я раздвинула шторы и выглянула наконец в окно, вдохнув свежий весенний воздух полной грудью. А там, оказывается, тепло и пахнет апельсинами и вкусными духами. И простите меня за банальность, но жизнь прекрасна!

***About love***

О чистой, прекрасной и возвышенной любви мечтает, вероятно, вся без исключения прекрасная половина человечества. О такой, для которой не страшны преграды, которая от трудностей лишь крепнет и приобретает новую форму, не меняя при этом своей сути. И она тоже мечтает. Мечтает не меньше и не больше других. Хочет ощущать и щемящую нежность, и захлестывающее волнение где-то под грудной клеткой, щекотящее изнутри, и сильную поддержку надежного человека, и горячую кровь с холодным рассудком. Она хочет любить и быть любимой – познать самое великое знание в этом мире.

Опустить свою холодную от зимнего мороза ладошку в его большую руку, уверенно удерживающую ее. Улыбаться любимому человеку не только уголками губ, но и танцующими искорками в глазах. Ощутить, как хорошо ее голова лежит на его сильном плече. Говорить с ним – доверительно и искренне обо всем. Поддерживать его во всех его начинаниях и получать в ответ не меньшее участие в собственных делах. Принимать его любовь и приумножать это чувство в своем сердце, отдавая обратно.

Однако можно ли строить жизнь на грезах?
Полагаю, логичным ответом было бы – нет. Но мечтать тоже важно, и одно я могу сказать со стопроцентной уверенностью: наши мечты не работают до тех пор, пока мы бездействуем.

Именно поэтому я думаю, что для этого надо прикладывать усилия. Если человек хочет любви, то он не должен «зажимать» это чувство в отношении других. Любовь не надо просить, любовь следует творить собственными силами. Больше улыбаться, вежливо общаться, делать заслуженные комплименты, не осуждать и не впадать в крайности. Мы все это знаем на словах в теории. Но ведь так сложно воплотить все это в жизнь. Самое важное и сложное, пожалуй, что человек должен принять – это факт, что проявление чувств не всегда являются слабостью, иногда это – сила. Ведь жизнь как счастье определяется лишь прожитыми эмоциями, искренностью улыбок и чистотой наших слез. 

Решенья и Сомненья

Весна пришла, когда никто ее не ждал. То есть ее уже никто не ждал, поскольку снегопады в конце марта - это, скажите вы, несомненно странно. А нет, мы же в России живем! Поэтому удивляться здесь нечему, а погодные сюрпризы порой так оригинальны, что на изумление у москвичей просто не хватает эмоционального диапазона.
Последний день школьных каникул прошел весьма приятно, хотя радость от предстоящего финиша омрачается мыслями о том, что меня на этом самом пути ожидает. И сейчас, когда я сижу на кухне, наслаждаясь солнечными лучами весеннего полудня, я должна признать, что время в некотором смысле истекло. Я не отношу себя к легкомысленным людям и предпочитаю тщательно обдумывать все важные решения, особенно если дело касается моего будущего (в широком смысле этого слова). По этой причине меня ожидают несколько волевых рывков вперед и стоп-сигнал собственным страхам и ненужным переживаниям.

***Жизнь как в кино***

С самого детства, в раннем возрасте, когда я еще не ходила в школу, уже тогда, наблюдая красиво нарисованные мультфильмы, интересные кинокартины, завлекающие своим сюжетом, съемкой, элементами, которые замечает каждый заурядный зритель, мне хотелось посмотреть один фильм: историю своей жизни. Пересмотрев n-ое количество сериалов, кино, я понимала, что все они передают течение жизни интересных людей, главных героев. Разумеется, я думала, что любая судьба имеет право на экранизацию. Порой я хотела, образно выражаясь, «отойти в сторону». Понаблюдать мое кино со стороны, мои действия, диалоги с другими людьми, оценить насколько все красиво, интересно, подглядеть движения камеры, макросъемку. Звучит, вероятно, странно, но мое желание живо и по сей день с той лишь разницей, что я понимаю, насколько это невозможно. Ведь всем знакома фраза «так бывает только в кино», а это никак не вязалось с моим восприятием жизни как в фильме. С возрастом книга стала мне казаться стократ интереснее, нежели кино (за исключение хорошо снятых, разумеется), и желание оказаться запечатленной в истории с помощью пера и бумаги гораздо более привлекательным, чем мое сомнительное присутствие в киноленте. И это в моих силах, я сама могу это сделать. Это своего рода бессмертие. Больная тема, откровенно говоря, - ведь все великие истории сводятся к двум не менее великим понятиям: Любви и Смерти.

Концовки нет. Это просто мысли, неоконченные фразы недописанных писем, рассказов, зарисовок. 

Нытье-бытье / Я ее придумала

Моя жизнь, мое бытье-нытье. Знаете, я могла бы написать книгу об убитой молодости и загубленном детстве, о массе комплексов и переживаний. Но я, пожалуй, с этим повременю, поскольку подобных творений мир повидал больше, чем слишком много.
Наш лектор постоянно твердит нам: "Идите на улицу! Наслаждайтесь этими годами, прогуливайте занятия. Потом времени на это не будет совсем. Возможно, вы не отдохнете даже на пенсии!". Мы удрученно слушаем, в такт его словам киваем головой и умудренные опытом сидим на месте и продолжаем учиться. Это все чаще походит на плохую комедию, где все далеко не смешно, а на фоне звучит наложенный на раскадровку смех, который подталкивает зрителя к проявлению определенной эмоции. Звучит не слишком-то радостно, если учитывать, что это пишу я - человек, решивший связать свою жизнь с достаточно сложной сферой науки (все больше мой блог походит на душевные излияния, хотя, почему бы и нет?). Фактически я не знаю ни одной причины, почему я хочу стать врачом. Но знаю как минимум сотню, по которым стоит отказаться от этой затеи. Я могла бы бросить, но здесь есть загвоздка - по натуре я - да какая разница кто? - я всего лишь никогда не собьюсь с намеченного мною курса. Я люблю свою будущую профессию.

***Я ее придумала***

Она - блик лунного света на глади волнующегося моря. Она - дыхание ночного осеннего ветра. Она - глубина оттенков и разнообразие палитр, в ней сотни масок и тысячи ролей. Она не эта и не та самая, существующая в конкретно этой сложной системе координат. Она, собирающая и бережно хранящая мусор собственного сознания. Она, не желающая нарушать эстетику своего бытия, когда в городе помимо весны пахнет бурдой. Она, страдающая бессонницей и сделавшая ее лучшей своей подругой. Она, предпочитающая читать книги писателей содержания, а не стиля. Она, теряющая всякие остатки рациональности, забывая все наставления столь любимого ее Камю. Она, уверенная, что случайные неизменности не всегда заканчиваются благими страстями. Она, зачастую тонущая в жидкой глине будничного сознания.

Она, кажется, уже возненавидела меня за то, что я ее придумала.

Герои наших дней

Ничего из ниже опубликованного в данном посте не относится лично ко мне, помимо авторства. 

***Герои наших дней***

Всю мою жизнь можно разделить на два периода: до и после его появления на моем горизонте. Первый ознаменован моим взрослением, если можно так сказать. До этого поворотного момента я была легкой лодкой, которая плыла под парусом собственных фантазий и детских грез. Ребенок, который не знает, чего хочет добиться, какой дорогой идти и в какую сторону глядеть – вот кем я была в этих координатах «до». Когда я была маленькой, мама твердила, что следует учиться не отражать чужой свет, а излучать свой собственный. Она верила, что это правило откроет мне глаза на определение счастья, к достижению которого так стремится человечество. Тогда само это слово – счастье – напоминало мне легенду про Экскалибур: только избранный сможет принять его от таинственной руки. И то, согласно преданиям, здесь не обошлось без помощи Мерлина. Эту историю про короля Артура мне с братом тоже поведала мама. Как и многие другие не менее захватывающие и волшебные сказки и повести, которыми она щедро делилась с нашими незамутненными умами.
Затем был период средней и старшей школ, проблем нежного возраста, комплексов и других примечательных моментов моей жизни. И именно в это время начался пролог для части «после»: в наш город – я не имела даже отдаленного представления, с какой целью – после долгого отсутствия вернулся мой отец. Они разошлись с любимой мною и братом мамой несколько лет назад. Он отличался от нас, он другой, совершенно для нас чужой человек. В какой-то момент нашей семейной жизни, когда нас было еще четверо в этой ячейке общества, отец запил. Разумеется, он и раньше не был особенно приятным человеком, но что-то в нем надломилось, дало сбой, у него словно отказали тормоза. Все это сопровождалось страшными для нас, меня и младшего брата, скандалами, криками и пьяными выходками. Мать, женщина кроткого и добродушного нрава, никогда не отвечала руганью на ругань, но жить так далее не представлялось возможным. А тем временем глава семьи продолжал изводить нас. Однако самое ужасное началось позже: он принялся тратить деньги с потрясающей скоростью, и уже в ближайшее время мы ощутили всю горечь бедности. Это было время отчаяния. Мы оказались без средств, и это тем более оказывало на нас давление, когда мы видели состояние пустеющих комнат и полный сожаления и горечи взгляд мамы. Я с братом были единственными детьми в нашем городке, которые каникулы проводили дома, брали завтрак в школу и съедали его тайком в туалете, а на ланче говорили товарищам, будто мы не голодны, просто потому что у нас не было денег. Я день изо дня наблюдала, как мама терпит отца, его издевательства, видела, как  рушится вся наша привычная жизнь, а в моем сердце пускало корни настолько сильное чувство ненависти, что я до сих пор содрогаюсь от воспоминаний о тех днях и страданиях, которые он причинил дорогим для меня людям. Спустя пару лет родители, наконец, развелись, и он покинул нас, как мы надеялись навсегда. 

Период «после» означает для меня одно: потерю всего детского во мне. Я так надеялась, что этот человек изменился, осознал, что семья – это самое важное, оберегаемое каждым, часть его самого. Кровь – не водица, как говорят. Но после его возвращения все началось словно заново: просьбы дать взаймы, уговоры, жесткие взгляды, жалостливые речи, а затем и угрозы вкупе со страшными банковскими махинациями, которые вновь чуть не поставили нас на грань бедности. Тогда казалось, что белый туман страха и опасений не рассеется никогда. Но после череды публичных скандалов он снова покинул наш город. Туман внезапно исчез, и я увидела ужасающе яркую и беспощадную картинку. У мамы начались проблемы с сердцем, брат обозлился на весь мир и стал протестовать против всех и вся, позиционировал себя как панк, а школьным друзьям и вовсе рассказывал, что он сатанист. Я была в ужасе от того, какой разрушительной силой может обладать всего лишь один человек, как он одной своей прихотью может перевернуть мой мир и исчезнуть, будто его никогда и не было.

Прежде всего я хочу сказать, что мне постоянно снятся кошмары о детстве, именно о трагической его части. В осмыслении роли отца в моем воспитании и становлении я полна разочарования и гнева. Но, в любом случае, я полагаю, это сделало меня такой, какая я есть. Даже не представляю, кем бы я выросла, если бы жила в доме искренне любящих друг друга людей, хотя иногда мне кажется, что нет на свете счастья большего, чем само осознание того, что у тебя прекрасная семья и дом – полная чаша. И я не знаю, смогла бы я так же ценить свой успех и все возможности, которыми я обладаю сейчас, если бы мы с братом и мамой не пережили эти трудности. В свое время мать работала, не покладая рук, лишь бы в доме просто была еда на столе, а у брата новые кроссовки к школьному сезону. А сейчас я работаю так, как могу, чтобы вернуть все ей сторицей и обрести чувство стабильности для себя и своих будущих детей. Мама не вышла замуж второй раз, но с ней сейчас все хорошо, как и с братом, который оканчивает школу многообещающим молодым человеком, и вместе со своей девушкой собирается поступать в юридический колледж.

И пусть в реальности нечасто можно встретить героев, у которых хватает мужества принять в руки Экскалибур, но я точно знаю, что есть люди-звезды, которые светят даже тогда, когда мы этого не замечаем, и за одно это качество я могу назвать их истинными героями наших дней. 

Приходящее-уходящее

Внезапно пришло осознание, что я намеренно игнорировала себя уже на протяжении двух лет. Ну, ладно, почти намеренно. Я просто постоянно занята, и в этом виноваты моя учеба и образ жизни, к которому я привычна. А прозрела я вот как: неделю назад нам наша преподавательница русского языка и литературы задала написать антиутопию. Да, короче говоря, просто  написать собственное произведение со своим сюжетом, конфликтом и оригинальными героями. Разумеется, нас это ввергло в состояние шока. Вопрос был в одном: как мы, химбио класс, это сделаем? В итоге я даже один будний день посвятила этому необычному заданию, полагая, что все, что я написала, адекватному человеку в голову прийти по определению просто не могло... Но, мне понравилось.
Однако в этот же день я услышала слова, которые заставили мои щеки заалеть. "Теперь, когда я прочла это, мне стало понятно, что ты определенно ошиблась с выбором профессии. Знаешь, один мудрый человек сказал, что в мире не существует более глупых людей, чем те, которые не зарабатывают на жизнь своим любимым делом" - вот, собственно, что я услышала от литературного редактора, которая случайно прочла мое детище.
В итоге, я решила вернуться на Проза.ру. Я всегда писала, до 15 лет всегда. Нельзя отрицать, что это часть меня. И я не желаю это терять. 

Переписывая Лепренс де Бомон

***

Там, где из высоких витражных окон можно разглядеть вид на плотный туман и плывущую среди него невесомую свежую зелень, в чаще очарованного леса, раскинулись земли, принадлежащие одному важному господину. С четырех сторон окруженный темными деревьями величественно возвышался замок. Самую высокую из его многочисленных башен было не разглядеть – она терялась среди синего небесного простора в проплывающих мимо облаках. Серый камень роскошного дворца оплетал вьющийся плющ, стены украшала замысловатая лепнина, стрельчатые арки и ребристые  своды. Хозяин замка владел не только очарованным лесом, но и другими землями к северу от Арканаполиса, ближайшего селения.  Всем и каждому владелец этого замка внушал если не страх, то некое чувство самосохранения, диктующее держаться от него подальше. Ходили слухи, что он представляет собой немыслимое по своей природе чудовище, будто он монстр, которому чуждо все живое и человеческое. Местные были уверены, что в старом дворце за лугом и лесной чащей живет существо поражающее своими размерами, его лицо напоминает морду некого хищного зверя, и сам он способен творить магию такую черную и страшную, как и его душа. Правда это или же грубая ложь не знал никто, ведь ни один из самых дерзких смельчаков Арканаполиса не решался наведаться в гости к таинственному землевладельцу, что страшил всю округу.

Так было до того дня, пока во время бури с сильным порывистым ветром и без пощады льющим дождем, в места, которые все по обыкновению стараются обходить, не забрел один человек. Это был статный молодой мужчина, и он отнюдь не случайно оказался во владениях чудища. Он целенаправленно, борясь со стихией, направлялся в сторону таинственного замка. Беспрепятственно войдя во владения хозяина дворца, мужчина, минуя парадное крыльцо, оказался внутри самого загадочного и ужасающего строения во всей округе. Вокруг было темно, глаза путника долго не могли привыкнуть к такому освещению. Между тем молодой человек почувствовал слабые всполохи страха, рождающиеся  в его существе. Он похолодел.

- Никто не приходит сюда, не желая заключить со мной сделку, - проскрежетал неприятный голос над самым ухом путника, заставив того вздрогнуть.

- Приветствую тебя, Вилфрид,  - повернувшись к внезапному собеседнику, учтиво ответил мужчина.

Сейчас у него была возможность разглядеть знаменитого на всю округу Вилфрида, о котором мирный люд слагает небывалые мифы и легенды. Это был среднего роста мужчина, на вид лет 40. На его лице от левого виска к шее шелковой лентой тянулся безобразный шрам. Кожа его была неестественного зеленоватого оттенка и покрыта будто бы корой. Глаза смотрели из-под черных бровей с проницательной злобой. На него с нескрываемым, почти осязаемым, чувством ненависти с толикой злорадного ожидания глядело Чудовище. 

Похождения

И снова здравствуйте!

Эти два дня, нет даже три были очень важными для меня. Я утром просыпалась неизменно чуть свет, быстренько собиралась и убегала из дома. Как всегда в принципе, единственное, что изменилось, так это маршрут. В понедельник я ездила в школу с невероятно пафосным наименованием: Средняя Школа имени Сервантеса. Там я писала региональную олимпиаду по русскому языку. Хотя гораздо логичнее, по-моему, было писать по испанскому. И вот я такая невыспавшаяся, больная и шмыгающая носом школьница сижу в довольно милом кабинете, пересиливая свою головную боль, дописываю кое-как свое задание. Нет, на самом деле все было очень даже неплохо. Просто надо пить витамины, носить шапку и не смеяться громко на улице в зимнее время года. Мои приключения продолжились и на следующий день. Я поехала на биофак МГУ им. Ломоносова. И да, я была собой горда до невозможности. Но вся моя радость постепенно испарялась, поскольку до корпуса биологического факультета было даже не то, что три дня на оленях. Ребята, говорю вам, никогда не делайте как я, которая отправилась до этого здания пешком. Решение такое принято было осознанно, ведь я люблю пешие прогулки... но я и понятия не имела, что прежде чем я дойду, у меня отмерзнут пальцы на ногах. Когда я подходила к корпусу, я едва не приплясывала от радости, однако меня ждал сюрприз: очередь длиною в жизнь. И самое неприятное это даже не то, что я простояла там 20 минут, а то, что даже в аудитории оказалось не на много теплее. Там я писала региональный тур по биологии естественно. Короче говоря, домой я вернулась окоченевшая и еще чуть заболевшая. 

Думаю, что уже до конца этой недели я из дома и носа не высуну. Буду сидеть и лечиться. 

Ну, еще, может быть, вас развлекать. 

Прослушать или скачать Walking The Endless Road бесплатно на Простоплеер

Сложное понятие

«Превратилось в обязательство понятие «счастье»,
Обязательными стали доброта и любовь»

О счастье и о том, что оно собой воплощает можно говорить много и долго. Немногие приходят к полному согласию в этом вопросе, и это неудивительно.

Помните книгу знаменитой Джоан Роулинг «Гарри Поттер и Филосовский камень»? Там был один очень интересный магический артефакт: зеркало «еиналеж». Главный герой видел в нем свое отражение в окружении родителей, самых близких людей, которых он потерял в раннем детстве. В мерцающей глади зеркала Гарри видел, что они стоят за его спиной, мог чувствовать, как мама ласково положила ладонь на его плечо. Глаза отца светились гордостью, он ободряюще кивал головой. Но стоило только Гарри поверить в эту иллюзию и обернуться, чтобы, наконец, встретиться взглядом со своей семьей, как морок спадал, словно темное покрывало, открывая взору сумрачное небо. Он неизбежно сталкивался с действительностью, в которой его родители давно покинули этот мир. Затем в это зеркало посмотрел другой человек, уверенный, со слов Гарри, что увидит там родителей Поттера, однако он там обнаружил совершенно захватывающую для себя картину, которая воплощала собой представление о лично его счастье, а не о мечтах Гарри.

На мой взгляд, эта зарисовка как нельзя лучше описывает индивидуальность восприятия каждого человека. Все мы, так или иначе, стремимся почувствовать его, как-то достичь. Моя учительница русского языка и литературы, например, утверждает, что счастье недостижимо. Как вам такая позиция? Она говорит, что если бы человек действительно знал, что такое счастье, у него не осталось бы смысла к существованию. Получается ли таким образом, что мы на протяжении всей нашей жизни идем к несуществующей цели, лелея несбыточные мечты?

Какая сложная штука, однако. Это «счастье». 

Страх смерти

Когда мы молоды, полны энергии, жизненных сил и устремлений, мы всерьез не задумываемся о том, что будет через несколько десятков лет. Жалкий срок, разумеется, в глобальном смысле этого слова. Мы понимаем, что все живое, так или иначе, обречено на конец. Белый медведь в неудачный для него сезон, во время недостатка нерп, в силу свой тяжести и голода, месяц за месяцем будет терять силы, затем - мышечную массу. И если в ближайшее время ему не подвернется удача в лице чего-нибудь съестного, то он не доживет до брачного весеннего периода. Он умрет. Ослабленный болезнью или по какой-то причине недоразвитый олень сегодня или завтра сможет предоставить себя в качестве обеда тигру или льву, чье дело затем с удовольствием завершит гриф или гиена. Пресмыкающееся в субальпийском поясе будет съедено, дворняга умрет от болезни, а умиляющий людской взор хомяк проживет максимум три года. Но все они, к их счастью, понятия не имеют, что они смертны. Не понимают они этого и в свои последние минуты пребывания на этом свете. И, если задуматься, то мы, люди, вместе с ними стоим в этом ряду, мы животные, и мы смертные. Но, к сожалению, мы имеем об этом слишком отчетливое представление.

Человек – странное создание, мы знаем о существовании смерти, однако представляем ее себе смутно, и мы не можем сказать, конечная ли это точка нашего существования или же нет. Однако с уверенностью можно предположить, что большинство из нас опасается или по-настоящему боится этого страшного создания, которое на своих полотнах великие художники изображали бесплотным духом в черных одеждах. Жив страх перед неизведанным, реален страх перед чем-то настолько сильным, что способно оборвать нашу жизнь, оправдан страх перед самим фактом конца наших дней. И я боюсь.

Хотелось бы жить вечно. Многие философы пишут, что тогда бы существование человека превратилось бы в тягостное бремя, однако сейчас, когда я прожила так мало, мне не кажется, что это как-то бы меня тяготило. Если человек являет собой бессмертное создание, то ему нет необходимости беспокоиться о собственном здоровье, о времени. Ведь мы постоянно куда-то бежим, не успеваем за отведенные нам 24 часа, расписываем сценарий нашей жизни на годы вперед соответственно нашим желаниям и общественным ожиданиям.  Только вообразите, что в вашем распоряжении вечность, что вы никогда не стареете. На мой взгляд, это прекрасно. Годы я бы посвятила образованию, поведала бы мир, узнала массу интересных вещей, не задумываясь о своем долге женщины, матери. И не потому что мне этого не хочется, а потому что у меня впереди вечность. Я боюсь смерти, я хочу жить вечно. 

"А бывает, проснёшься, и всё идеально..."

Всем доброе субботнее утро!
Я позавтракала и через минуту убегаю.Собираюсь на занятие по химии, ибо ЕГЭ не за горами, да и обратный отсчет уже пошел. После я заеду в пару шоу-румов, надо подобрать ткани для выпускного платья. Ох, до чего же это тяжело! Но об том я, может быть, позже напишу подробнее. А после я, сломя голову, помчусь в ресторанчик Fridays встречаться с друзьями.
Приятного вам выходного!

"Экзамены и сроки ставят друг другу только дураки"

Итак, это была биология.

Где-то к полуночи я закончила читать последнюю экзаменационную тему и с кипящей головой отправилась на боковую. В итоге я, как обычно, чуть не проспала, но мамочка вовремя стащила с меня одеяло, вырвав из цепких объятий Морфея.
Приехала. Попала в 10-ку первых счастливчиков, которые готовятся отвечать. Ходили у нас такие такие слухи, что есть среди экзаменаторов два замечательных человека: лысый и далеко не добродушный дяденька со стеклянным взглядом и желанием помучить экзаменуемого и злая женщина, - среди других злых женщин, не знаю какова причина, но большинство представительниц прекрасного пола на кафедре именно такие, - которая страсть как ненавидит девочек и вообще, мол, стерва она. И уже старательно исписав два листа А4, я вдруг внезапно осознала, что непременно по закону жанра обязана попасть к кому-то из этих двоих. Нет, ну чего, мне не привыкать.
Скоро прозвучала моя фамилия, и деваться мне было некуда. Направилась я к женщине. С ней поговорили, наверное, обо всем. И про хромосомный набор гиббонов, и про цитологические методы исследования, и откуда произошло слово "делеция", и вообще о всяких каверзных вопросах, которые в билете и не предполагались. В итоге поставили мне четверочку и попрощались. Ну и нормально.
И все бы ничего. Только я уже два часа дома торчу с мигренью.
Биология никого не оставляет равнодушным.

***

Когда в моем затылке поселяется напряжение, некая скованность, предрекающая мне нечто малоприятное, охватывающее мой лоб, рождающее жжение в глазах, назойливый глухой шум в ушах, я опускаю веки и вспоминаю. Я думаю о самом волшебном месте на земле – там вечереет по-весеннему. Потом шум становится оглушительным, а глаза просто физически невозможно открыть даже в кромешной тьме. И тогда приходит она. Боль. Именно в эти моменты, когда раскаленная игла вплавляется мне ото лба до основания шеи, я стараюсь отвлечь себя картинами из своего прошлого. Я вижу зеркальную гладь озера, влюбленную в розовый закат. Я слышу запахи клевера и печеных яблок. Кажется, сейчас возможно даже уловить едва слышное, ненавязчивое, стрекотание сверчков. И только я знаю, что рядом с озером стоит мое дерево. И оно мое не потому, что я его посадила, а лишь потому, что я с шести лет взбираюсь на его могучие ветви. Зачем? Чтобы еще раз насладиться этим видом перевоплощения природы. Тогда это место казалось мне особенно прекрасным, волшебным даже. Поэтому, когда у меня болит голова, я вспоминаю, как солнце устало покидает свой пост и медленно тонет в водах небольшого озера, кидая слабые лучи алого цвета и прощаясь с дачными участками «Прибоя».